Бывает так, что хочется что-то сделать. Не совсем понятно что, непонятно зачем. Беспокойство, зуд, неясное стремление. Словно внутренний голос пытается что-то сказать, но ты ещё не научился его слушать. Так, в какой-то момент мне нестерпимо захотелось красоты. Не зная, что стоит за этим словом, я собирал всё, что казалось мне красивым. Поскольку я был компьютерщиком, я скачивал программы с красивым интерфейсом, ставил игры с хорошей прорисовкой других миров. В конце концов я вышел на Толкиена и на несколько дней подряд погрузился в чудесный и невероятно живой мир «Властелина колец». Я читал с экрана, потому что не смог читать бумажный перевод Муравьёва. Назвать «Обгоняющего ветер» (или ночь?) Святозаром показалось мне святотатством. Не говоря уже о Сумкинсах и прочих переведённых фамилиях. Только четыре объёмные книги смогли насытить…
Однажды я влюбился в голос. К нам в Минск с дружественным визитом приезжали комрады по одной из безбашенных фидошных конференций (аналог нынешних форумов). Среди гостей была девочка с гитарой и волшебным голосом. Петь она любила безумно и делала это всякий раз, когда предоставлялась возможность. Под её очарование я попал практически сразу. Это было что-то прекрасное. Чистое, светлое, пробуждающее ощущение красоты в глубине души. Сильное до непереносимости. Не понимая, что со мной, я напился тогда в хлам, до беспамятства. Большую часть того, что я вытворял, знаю лишь по рассказам приятелей. Внутри всё горело. Словно открылась какая-то дверь под семью печатями. На следующий день, уезжая, мы мило болтали, шутили. И она шепнула мне: «Ты такой хороший. Не пей, тогда ты намного лучше». Но ведь дело было совершенно не в этом.
Для Голландии сейчас на улице — невероятный долбаный холод! Поэтому они положили корзинки с головешками в канал и назвали это празником огня. Греются и поют песни. Распивают глинтвейн и заедают яблочным пирогом. А я загнался и уже который день не высыпаюсь. Пойду, что ли, воздухом подышу. Всем чмоки.