Четыре дня на Ибице. Часть 1. Голландия-Барселона

Едешь ли поездом, летишь ли самолётом, в какой-то момент закрываешь глаза, и мир вокруг гаснет. Звуки сливаются в однообразное монотонное бормотание, обволакивают сознание туманной дымкой. Баюкают, успокаивают. Меркнут краски, стихает шум. Остаются лишь темнота, тишина и покой. И чувство. Образ. Ты — искра. Яркая точка в ночи, стремительно летящая над чёрной бездной. Оставляющая за собой долгий светящийся след. Мерцающие линии, аккуратные изгибы, изящные петли. Ты понимаешь, что все они складываются в нечто наподобие символа. Что-то вроде знака, означающего твою жизнь. Ты пишешь, выводишь его с чрезвычайной тщательностью. Зная, что хочешь сказать, но всё ещё не представляя слово целиком.

— Будешь? — Саша держал в одной руке литровую бутылку виски, в другой — литровую же колу.

Я вяло помотал головой. Пить не хотелось. Хотелось расслабиться, немного отойти от марш-броска в аэропорт. С осложнениями в лучших традициях жанра «деньги-билеты-документы». Ухитрился забыть дома паспорт, пришлось возвращаться. В аэропорт прибыл впритык. Саша добрался несколькими минутами позже. Впрочем, успели без проблем. В том числе и закупиться в дьюти-фри. И вот, наконец, мы в салоне. Стюардессы, приветствующие пассажиров по-испански. Борт-проводник, с нечеловеческой скоростью тараторящий стандартный лётный инструктаж. Ставшие уже привычными разгон и взлёт. Мы летим в Барселону.

За окном исчезали один за другим клочки изрезанной причудливой сетью каналов земли, мы выбирались из пелены облаков, а расслабиться всё не удавалось. В голове царил хаос, вызванный посадочной спешкой. Мысли были упорно далеки от прекрасного. Последней каплей послужили неизвестно откуда взявшиеся размышления о работе. Это уже совсем никуда не годилось. Требовались экстренные меры.

— Давай, — я протянул Саше руку.

В мою ладонь опустилась пластиковая бутыль с разбодяженным виски. Сделав пару крупных глотков, я немного успокоился. Мысли стали плавно менять русло. Методика «быстрой смены контекста», как я её называл, работала. В первый раз её чудотворное действие мне довелось испытать в Крыму, при подъёме на Ай-Петри. Отстояв ужасную во всех смыслах очередь к подъёмнику, на вершину мы прибыли ужасно подавленными и раздражёнными. Решено было слегка изменить наш первоначальный план. Мы отыскали поблизости укромное местечко с шикарным видом на Чёрное море и городки Большой Ялты. Откупорили бутылку «Бастардо», соорудили закуску из привезённого с собой вяленого мяса, винограда и хлеба. Очень скоро от раздражения не осталось и следа. Разговор перешёл на умеренно-философские темы, во взглядах появилась мечтательность. Красота пейзажа, прогретые камни, свежий хвойный воздух стали намного ближе. После этого небольшого привала оставшуюся часть прогулки нас не оставляло самое лучше настроение. С тех пор эта методика прочно вошла в мой арсенал и не раз применялась в полевых условиях.

Не подвёл метод и на этот раз. Облака за окном становились всё воздушнее. Свет всё мягче. Неизвестная, чуть загадочная Испания — всё ближе. Я с интересом стал различать в салоне испанскую речь. Украдкой пытаясь рассмотреть говоривших. Но не слишком удачно. В какой-то момент ко мне на свободные места подсели две дамы и стали решать между собой какие-то скучные дела. С разглядыванием стопок казённых распечаток и бормотаниями на английском. Когда они ушли, на изучение салона времени уже не оставалось. Мы заходили на посадку. От Голландии до Испании — рукой подать. Европа — она совсем ведь маленькая.

Продолжение следует…