Вечер, конец дня, уроки уже сделаны, но ты ещё сидишь за столом, рассеянно смотришь на город за окном. На столе горит лампа, лежат тетради, учебники, программируемый калькулятор «мк какой-то». В комнате тихо, за стенкой тихонько бормочет телевизор, из-за окна доносится лёгкий шум улицы. Ты сбрасываешь оцепенение и ощущаешь знакомый трепет внутри — время. Ты аккуратно открываешь ящик стола, раздвигаешь тетради, видишь между них одну особенную, бережно обёрнутую в полиэтиленовую обложку. Берёшь её в руки, чувствуя, как приятно это прикосновение, не торопясь кладёшь её на поверхность стола, открываешь. Твои жесты стали немного медленнее, аккуратнее, подчёркивая некоторую интимность момента. Ты пробегаешь глазами по страницам, исписанным убористым ровным почерком в каждую клетку, так что строчки выглядят плотным рисунком на шероховатых листах не лощёной бумаги. Под…
Чужой подъезд словно дышит опасностью. Поднимаешься вместе с приятелями по ступенькам, аккуратно, стараясь не шуметь. Каждый шаг кажется долгим и всё внутри ужасно напряжено — потише, только потише. Подходите к двери, переглядываетесь, говорите друг с другом жестами: «Давай!». «Что, опять я? Я в прошлый раз, он пускай!», «Я?», «Да, ты!» Набираешь в лёгкие воздуха, и чтобы дольше не продлевать эту пытку, подлетаешь к звонку и быстро нажимаешь на него, тут же бросаясь опрометью по лестнице. Тишина мгновенно сменяется шумом, топотом. гулким стуком прыгающих через ступеньки пацанов. Напряжённое сопение, звук открывающейся двери, что-то недовольно кричат. Никого нет на первом этаже, на ходу врезаешься в дверь, выбегаешь, здесь же заворачивая за угол. Оборачиваешься, ждёшь запыхавшихся приятелей-хулиганов. Эмоции через край: «А мы! А я! А здорово! А совсем не! А как! Ха-ха-ха!» Теперь можно…
Добрый вечер, дорогие радиослушатели, с вами снова радио Голограффити. Сегодня к нам в студию пришло письмо, которое мы не можем оставить без ответа. «Пишет вам ваш постоянный слушатель dma_k из … интереса. Очень здорово, что слушатели вашего радио пишут вам, задают вопросы, интересуются о чём-то животрепещущим, и, быть может, посредством вашего радио, находят много для себя важных открытий. Любимое радио, скажите мне, почему так бывает… Почему в мире у каждого из нас достаточно много друзей, но почему-то в трудные минуты никого рядом нету. Нет, на самом деле сейчас совсем не сложное для меня время. Но почему они мне не пишут? Никто не интересуется, как я? Как они могут мне помочь? Может быть, во всём виноват я сам? Моя жизнь никому не нужна,…
В Голландии меня стали принимать за Испанца (время от времени слышу «ола!» в свой адрес, да и на словах сообщают). В Испании же меня считают Итальянцем, притом очень уверенно. Я говорю с акцентом как по-английски, так и по-русски (когда начну говорить по-голландски, подозреваю, будет та же история). В последний раз мой акцент назвали французским, обычно говорят просто — не уточняя — сексуальный. P.S. Итальянский по звучанию понравился больше испанского P.P.S. Итальянцы не понимают с ходу испанский, по их собственным словам. Читая, кое что разбирают, но разговорную речь — практически нет.