Определённо, в дополнительной нагрузке есть свои плюсы. Под давлением все процессы протекают активнее, чем давно уже в своих целях пользуется каждая хозяйка, кладущая пресс в бадью с закваской. Мои внутренние пыщь-пыщь также активизировались и радостно забурлили. По ощущениям неделя выдалась тяжёлой. Однако, провожу недельное ревью и вижу, что времени на деловую активность потрачено ровно столько же, сколько и на прошлой. В три раза выросло время, проведённое в дороге (ёбаная Москва). Схлопнулась графа «бездействие», истончилось «здоровье», немного похудел «отдых». Всё «дело» практически полностью захвачено работой, писательство скукожилось до двух процентов. Может быть, в этом причина суммарного недовольства, а может, дело во…
Как я живу? Ну как, как. Тяжело, конечно же, очень тяжело. Вторая неделя работы, и такой рывок с места в карьер. С нуля до тыщипиццот процентов. Я не требую от себя слишком многого, я понимаю, что мне приходится обрабатывать немного больше информации, нежели дома. Поэтому, когда после работы голова отключается совершенно, не расстраиваюсь, хотя, по-хорошему, дома нужно было бы ещё что-нибудь читать по рабочей тематике. Для меня это немного больше, чем просто поездка. Как-то так вышло, что Москва превратилась для меня в олицетворение мирового зла, так что фактически я переселился сейчас в зону интенсивного страха, укрыться от которого невозможно просто…
Еду. Напряжён, измотан — снова внутренняя борьба. И хотя понимаешь, как можно без, но всё ещё не получается. Тяжело — видеть как надо, и видеть несоответствие своих возможностей. Но только так и можно достичь, только так и можно избавиться — раз за разом поворачиваясь лицом к своим демонам, снова и снова встречая сгустки опасного мрака ясным светом осознавания. Только так, только так, по крайней мере я не знаю другого пути. Я пробовал забыть, забыться, но стоило возникнуть ситуации, как все те же эмоции взорвались с прежней силой. Нет, я не знаю другого пути. Кроме как обнять это пламя и идти,…
Петербург. 16 октября 1933 г. Понедельник Талант ростёт, круша и строя. Благополучье — знак застоя! Дорогая Клавдия Васильевна, Вы удивительный и настоящий человек! Как ни прискорбно мне не видеть Вас, я больше не зову Вас в ТЮЗ и в мой город. Как приятно знать, что есть ещё человек, в котором кипит желание! Я не знаю каким словом выразить ту силу которая радует меня в Вас. Я называю её обыкновенно чистотой. Я думал о том, как прекарсно всё первое! как прекрасна первая реальность! Прекрасно солнце и трава и камень и вода и птица и жук и муха и человек. Но так…