Я закрываю глаза, и передо мной появляются призраки мест, в которых мне было хорошо. Это не само место, это его слепок в моём сознании, преломлённый, отфильтрованный, купажированный и запечатанный в аккуратную стеклянную колбу, которую можно снять с полки, взять в руки, потрясти и неторопясь рассматривать, опустив иглу проигрывателя на пластинку с ненавязчивой музыкой. Там есть всё, что мне нужно — море, пальмы, простор, чистота, свежесть. Это места моей силы, и мне пришлось хорошенько попотеть, чтобы сделать их таковыми. Они всегда со мной, они во мне, всегда под рукой. Они никогда не реальны, и потому не зависимы от моего «настоящего» местоположения…
«Они пытаются иметь мнение обо всём, в результате не зная ничего» — боже, какое скулосводительное клише. Два момента. Первое — знать всё невозможно. Ни о чём. Ни об одном, ни обо всём. Глубина любого предмета изучения бесконечна. Второе — каждый вправе выбирать степень глубины погружения в интересующий вопрос. Нет НИКАКИХ предпосылок (кроме предубеждений) отдавать предпочтение изучению «вглубь» перед исследованием «вширь». Это стереотип нашей культуры, наряду с «читать книгу от начала и до конца» и «сначала нужно изучить теорию, а уж потом переходить к практике». На этот вывих нашего коллективного ума указал Чикжентмихалый в своём «Потоке», описывая, насколько обесценились в наши…
Погружаюсь в йогу — оказывается, очень насыщенное, глубокое и интересное учение, вполне себе идущее с дзен рука об руку. Предельное владение вниманием, соединением всех аспектов деятельности с осознанностью, умение всегда находиться в оптимальном тонусе, без генерации избыточной агрессии и без впадания в сонливость. В который раз убеждаюсь, что за ярко выраженными стереотипами (к йоге раньше я относился крайне снисходительно) всегда кроется в итоге какая-нибудь вкусняшка. Сейчас читаю «Сердце йоги» и занимаюсь самостоятельно, пока мастер получает в Индии высшую учительскую степень международной школы йоги «Патанджали». Практикую дзадзен. Понемногу перехожу на «полный» лотос, потому как сам ощущаю разницу в практике. Насколько она…
Долгое время я жил в этом мире на птичьих правах. Фактически, мир мой каждый день находился на грани коллапса, каждый день был наполнен ожиданием финальной фатальной катастрофы. Самим своим существованием я ежесекундно нарушал какой-то незримый универсальный закон, навлекая на свою голову неизбежное кровавое отмщение. Поэтому мне никогда не удавалось построить более-менее долгосрочного жизненного плана — я просто не верил, что могу прожить так долго. Всё, что у меня было — это временные и случайные подачки судьбы, которых я абсолютно не заслуживал. Кости, время от времени бросаемые голодной собаке проходящими мимо сердобольными человеками. Поэтому я никогда не замахивался на какой-либо значительный…