Назойливое мельтешение, перешёптывание, обрывки фраз, случайных фрагментов — ненужный и надоедливый шум. Раз за разом ты говоришь ему — хватит, и он отступает, но потом незаметно появляется опять, снова, разрастается, занимает всё доступное пространство, всем своим видом давая понять свою важность, утверждая своё главенство. Но ты уже знаешь, что это всего лишь уловка, что постоянство это — лишь способ сохранить хорошую мину при плохой игре. И как-то раз ты снова говоришь ему «тихо!», и вдруг… Остаёшься в абсолютной тишине, словно кто-то щёлкнул выключателем и остановил работы давно забытой кем-то фабрики по производству никому не нужного хлама. Ты так привык к этому шуму, что начал считать его частью себя. И сейчас ты паришь в совершенно незнакомом пространстве, расслабляясь и понемногу оттаивая, раскрываясь ему навстречу. Ты уже…

Так легко находить хорошее в прошлом, так просто с улыбкой вспоминать о том, что кануло в лету. А в настоящем — как будто сложнее, а то даже, кажется, и вовсе невозможно. Достигнешь одной цели — маячит другая, наслаждаться некогда, отдохнём позже, сейчас нужно решить проблемы. Проблемы, проблемы… Встречаются двое, влюбляются, любят. А потом начинаются проблемы. Одна проблема, две проблемы, три проблемы. А потом как-то раз, уже и непонятно — ради чего было всё это затеяно? Романтики больше нет, да и куда ей поместиться — среди всех проблем-то? Ведь романтика, счастье — это всё подождёт. Ведь важнее сейчас справиться с проблемами. А потом, вдруг, неожиданно — само счастье превращается в неудобство. Как-то лучше бы, чтобы его не было. Проблемы есть, решать их уже как-то привычно, зачем ещё что-то…

Стоишь раскрыв рот, словно Алладин в пещере с сокровищами. Фломастеры, ручки, стирки, пачки бумаги, тетрадки, блокноты, краски, кисточки, линейки — была бы твоя воля, унёс бы домой решительно всё. Но какое там! Скорее всего опять купят тетрадок, пару скучных ручек, карандаш и ластик — только самое необходимое. Потому что… Потому что экономия, помимо счастливого советского детства. Но иногда от папы перепадал шикарный подарок — треть пачки бумаги, для рисовательных нужд. Целый пир! Бумага, когда она лежит пачкой сразу изменяет свои свойства. Её становится неожиданно много, она делается значительно мягче, шарик ручки утопает в её поверхности и скользит мягко-мягко. Главное не перестараться, чтобы на следующих листах не осталось слишком заметных следов. Высота пачки превращается в глубину, добавляет ещё…

Негромкая музыка, чиллаут зал с удобными диванами и подушками, на которых можно лениво развалиться и хорошенько расслабиться. Мягкий приглушённый нижний свет, атмосфера отдыха и приятного отключения от привычной суеты. Можно собраться в нём небольшой уютной компанией и хорошенько, от души поболтать. А можно просто лежать и слушать, смотреть, улыбаться. И не так уж важно о чём, друзья ведь собираются не для того, чтобы обсуждать новости, обмениваться информацией. Они собираются для того, чтобы почувствовать другого рядом, ощутить эту магию близости, общения, плеча, душевного контакта. Это нам и хотелось бы сделать основным форматом «Вечернего радио». Но даже у самых близких друзей случается непонимание: кто-то слишком поглощён своими заботами, кто-то пришёл злой как чёрт из-за семейных неурядиц или проблем на работе и принёс с собой напряжение,…