Еду. Напряжён, измотан — снова внутренняя борьба. И хотя понимаешь, как можно без, но всё ещё не получается. Тяжело — видеть как надо, и видеть несоответствие своих возможностей. Но только так и можно достичь, только так и можно избавиться — раз за разом поворачиваясь лицом к своим демонам, снова и снова встречая сгустки опасного мрака ясным светом осознавания. Только так, только так, по крайней мере я не знаю другого пути. Я пробовал забыть, забыться, но стоило возникнуть ситуации, как все те же эмоции взорвались с прежней силой. Нет, я не знаю другого пути. Кроме как обнять это пламя и идти,…
Петербург. 16 октября 1933 г. Понедельник Талант ростёт, круша и строя. Благополучье — знак застоя! Дорогая Клавдия Васильевна, Вы удивительный и настоящий человек! Как ни прискорбно мне не видеть Вас, я больше не зову Вас в ТЮЗ и в мой город. Как приятно знать, что есть ещё человек, в котором кипит желание! Я не знаю каким словом выразить ту силу которая радует меня в Вас. Я называю её обыкновенно чистотой. Я думал о том, как прекарсно всё первое! как прекрасна первая реальность! Прекрасно солнце и трава и камень и вода и птица и жук и муха и человек. Но так…
Ну что вам рассказать. Волнуюсь немного, хотя и понимаю умом, что особенно нечего. Упражняюсь в превращении большого в малое путём нехитрых манипуляций со смыслами. Вот, скажем, работа — ууу, новая работа, да после перерыва — ууу! А если — ещё одна работа, да к тому же, скорее всего, временная, на которой не догоню, так хоть согреюсь? Сразу как-то оно и волноваться даже стыдно становится. Чё я, в самом деле, не работал, что ли, никогда? Работал, ещё как, между прочим, работал! Ух как работал! Мозги трещали, лбы трещали, швы расходились! Книжки писать — вот этого нет, не писал, врать не буду….
Когда-то я переживал, что мне может не хватить сюжетов для писательской деятельности. Рассуждал я примерно следующим образом: вот в моей жизни произошло шикарное событие, но что, если подобное никогда не повторится? Что, если вся дальнейшая моя жизнь будет скучна и уныла, посредственна и однообразна? Своего рода вариант психологии нищего, трясущегося над копейкой. Потом, оглядевшись вокруг (когда я смог уже оглядеться вокруг), я стал замечать, что сюжетов вокруг просто пруд пруди. Взять хотя бы соседей по родительскому, вполне благополучному, заселённому преимущественно университетскими сотрудниками, дому. Чей-то сын покончил жизнь самоубийством, чей-то просто умер, чей-то зарезал отца, а теперь ежедневно подкручивает лампочки во…