Осенью тяжело. В смысле, не как-то там по-особенному тяжело, но отчего-то ужасно хочется безопасности, уюта, комфорта и защищённости. Проверенных действий и стабильных маршрутов. Осень выгоняет меня в офис, и ничто во мне даже не противится этому. Однако осенью я значительно более остро переживаю отверженность. Стоит даже замаячить где-то, в отдалении показаться малейшей возможности, как душа моя начинает биться в истерике. Я не хочу, не могу, не желаю, не буду переживать это снова. И снова. И снова. И снова. Осень — это время Голландии. Ощущение места во мне настолько сильно, что порою, закрывая глаза, мне кажется, что в следующий миг я…
Вот раньше, когда его, родимого, ещё не было, фраза «это даже лучше, чем секс», казалось совершенно невероятной. А сейчас как-то оно…
Я ужасно недоволен. Во мне продолжается своеобразная вялотекущая революция, по результатам которой происходит пересмотр множества фундаментальных установок моей личности. Так, мне с детства вкладывалось в голову, что умный и честный в конце концов побеждает, а на деле оказывается, что ни ум, ни честность, ни квалификация вообще ничего не гарантирует. Менее умный, менее знающий, менее квалифицированный, менее настроенный на работу, но умеющий бухать, в реальности делает своего более «продвинутого» конкурента. Так и получается, что рабочие места заняты хуй знает откуда понабравшимся говном, которому давно уже не интересна работа, которое всё делает на отъебись и которому поебать, вообще говоря, на цели компании….
После моего возвращения на Родину думать о загранице я не мог ещё долго. Так вышло, что именно на этот период выпало необычайно изобильное количество разнообразных кризисных ситуаций. Я расстался с женой, меня предал лучший друг, я крепко обжёгся в своих следующих отношениях, потерял работу, оказался в достаточно серьёзной изоляции, столкнулся с крысятничеством близких мне людей, ухнул в вакуум, из которого не смог своевременно выбраться. Именно ТАМ начали трещать по швам мои иллюзии относительно того, насколько хорошо и привольно живётся за границей. Мнение, сформировавшееся из прочитанного в книгах, увиденного по телевизору и услышанного из восторженных «первых уст» со всей дури налетело…