Голографическое "У" » Archive by category "зарисовки" (Page 4)

Барселоночес

Затем был вечер. Тёплый и необычайно спокойный. Улицы, до той поры шумные, чуть успокоились, хотя и не стали менее людными. Вокруг я видел то, от чего порядком отвык в Голландии: целующиеся парочки, объятия на улицах, дурака-валяние. Проспекты города словно созданы для прогулок: они широки и открыты, всегда много неба, много пространства и характерного барселонского модерна. Фигурные балкончики, аккуратные проёмы окон, затейливые архитектурные аксессуары. Парки, дорожки, скамейки. Всем этим жители с удовольствием пользуются. Скверы полны компаний, пар и задумчивых одиночек. Молодёжи на скейтах, роликах и велосипедах. Всё это естественно и закономерно, как, впрочем, и то, что в Голландии уличная активность совершенно иная. Есть в атмосфере города нечто необычайно расслабляющее. Я брёл по этим улицам, всматриваясь в лица прохожих, разглядывая фасады домов, останавливаясь у причудливых афиш и витрин. Слушая музыку и ощущая, что жизнь моя — здесь и сейчас — превращается в клип. Я не прогадал с местом и временем своего путешествия. Состояние души, эти улицы вокруг, люди, эта музыка — всё нанизывалось одно на другое, создавая незабываемый, уникальный эпизод моей жизни. Вобравший в себя, заключивший в себе полностью все ощущения, образы и ароматы настоящего, на глазах обращающегося прошлым. Если бы заснять, отобразить, зафиксировать его в виде большой голограммы и повесить на стену своего дома, можно было бы время от времени восстанавливать эту атмосферу в памяти. Чувствовать весенний тёплый ветер на своём лице, видеть мягкое освещение улиц, прогуливающихся людей, вспоминать то спокойствие и умиротворение, столь долгожданное и целительное. Есть вещи, которые можно оценить, лишь дойдя до предела их нехватки. Покой — устав от напряжённых, клокочущих страстей, тепло руки на твоей груди — после затянувшейся зимы одиночества, любовь — изнурясь попытками насытить душу чем-то преходящим. Смотреть на эти улицы, дома, творения Гауди в ночной подсветке, огромный сине-красный небоскрёб, аллеи из пальм, изгибы Рамбла дел Мар и слушать шум волн, смешивающийся с криками чаек и голосами прибрежных гуляк.

Собор

Весенний освежающий ветер струится по улицам. Легко касается лиц прохожих, скользит по стенам и окнам, смешивается с маревом прогретого асфальта. Кто-то улыбается, кто-то сосредоточенно идёт вперёд. Улицы, машины, окна, фасады. Цветочный магазин, из которого выходит сердитый человек с букетом. Затем появляется девушка с каким-то причудливым растением. Видит фотоаппарат в руках, вспыхивает улыбкой и поспешно убегает обратно. Перекрёстки, светофоры, витрины. Афиши, вывески, объявления. Аллеи, лавки, тени деревьев. Влажные от полива дороги. Сувенирные лавки, палатки с напитками. Очереди туристов.

Яркое синее небо и возвышенные, стремительные шпили на его фоне. Множество линий, собранных в одно внушительное здание. Скульптуры, каменные цветы и распятия, виноградные лозы и кубки. Детали, фигуры, орнаменты. Каждый значим сам по себе и одновременно является частью чего-то большего. Будто прекрасная иллюстрация, сошедшая вдруг со страницы книжки со сказками. Фрагменты, соединяющиеся в образы. Изваяния, собирающиеся в сцены. Сюжеты, объединяющиеся в повествование. История, развивающаяся под куполом уникального храма.

Это здание — своеобразная ирония. Ауто-аллегория, символ, воплощённый в самом объекте. Вобравший в себя множество смыслов и подтекстов, в собрание которых удивительным образом оказалась включена и сама жизнь архитектора. Его хочется прочитать, разгадать, понять. Ведь всё это касается тебя лично. Всё, совершенно всё: и ветер, и лица прохожих, и тёплые улицы с прогретым асфальтом, но особенно — это улыбка. Улыбка той девушки…

Весенний город

Тебя словно толкает что-то вперёд. Ты принёс беспокойство своей души в этот город, и он с готовностью принял его, как пересохшее русло принимает бурный паводок. И сейчас тебя тащит по этим широким правильным улицам мимо витрин и прохожих, фасадов домов и автомобилей. Город на удивление геометричен, улицы похожи на координатную сетку, каждое пересечение их оформлено кругом перекрёстка. Чуть позже ты привыкаешь к его ритму, к движению вокруг. Успокаиваешься, расслабляешься, начинаешь получать удовольствие. Прислушиваешься к ощущениям внутри себя. С каждым поворотом что-то неуловимо меняется, каждая улица воспринимается по-своему. Будто город превратился в огромную карту, и каждый промежуток на ней отмечен собственным цветом. Составь эти цвета вместе и ты получишь… Что ж, ты знаешь, что делать. Сейчас прямо, затем налево. Тёмно-синий и фиолетовый. Снова прямо, проходя множество перекрёстков, направо. Оранжевый, ярко-красный. Прямо, вперёд, до упора и чуть забрать левее. Жёлтый и самую малость охры. Вновь долго идти прямо, доверясь внутреннему чувству цвета. Тёмно-зелёный, салатовый, белый и ультрамарин. Осталось совсем чуть-чуть, буквально один поворот и ты найдешь. Пока не знаешь что, но ты поворачиваешь и… Конечно же, как ты сразу не догадался? Всё очевидно и логично настолько, что хочется рассмеяться. Выходишь к морю. Залитому полуденным солнцем, приветливому и спокойному. Да, здесь всё началось когда-то. Тепло весеннего бриза и лёгкий привкус соли во рту. Крики чаек и прогретые за день камни. Светлая радость и благодарность жизни. Уверенность и понимание. И ещё одно прекрасное яркое чувство. This is the shape of your back as you reach.

И здесь, сейчас! Всё начинается вновь.

О мальчике и его камне

Один маленький мальчик сидел на пороге дома и горько, безутешно плакал. Мимо проходила женщина с украшенным мудростью взором и едва уловимым светом радости жизни в чертах. Увидев мальчика, она остановилась и подошла ближе.

— Отчего ты плачешь? — спросила она, чуть улыбаясь одними глазами.
— Вот! — мальчик раздражённо взмахнул перед собой какой-то вещью. — Я создал прекраснейшую корону: великолепную, красивейшую из всех, которые я когда-либо делал! Я заботился о ней, старался изо всех сил, мечтал днями и ночами о том, как надену её и покажу всему миру, насколько она изумительна! Мне повезло, и я отыскал камень, который подходил ей как нельзя лучше. Он словно был создан для неё, должно быть, это был единственный такой камень на свете. И я… — Здесь мальчик снова пустился в рёв и продолжил уже сквозь рыдания. — Я потерял его!

Он плакал, размазывая слёзы по щекам, в его голосе было вся глубина истинной скорби, которая лучше всего слышна именно в детском плаче. Вдруг он поднял лицо и с ненавистью посмотрел на корону в своих руках:
— Теперь это бесполезный кусок металла, никчёмная железка!… — он с силой отшвырнул неудавшееся творение в пыль. — Теперь всё нужно начинать сначала!

На последней фразе голос его вновь дрогнул, и мальчик заревел пуще прежнего, всхлипывая и утирая слёзы ладонями. Женщина не торопясь подошла к опальной короне, взяла её в руки. Она действительно была прекрасна. Старательно сделана из всего, что мог найти этот мальчик, а было видно, что искал он немало. Много труда и терпения стоила она своему хозяину. В центре её темнело чуть потёртое, правильной формы пятно. Женщина аккуратно оттёрла с короны пыль краем накидки, подошла к мальчику и с улыбкой протянула ему его сокровище.

— Ты много старался, работал, мечтал, грезил. Стоит ли с такой лёгкостью отказываться от дела своей жизни из-за одной лишь неудачи? Присмотрись внимательно и ты увидишь, что корона так же прекрасна, как и прежде. Ты всё ещё можешь закончить её и удивить мир.
Она улыбнулась, слегка потрепала его по волосам.
— Тебе всего лишь нужно заменить камень. Хороших камней не так мало, как может показаться. Подходящих тебе — чуть меньше, но всё ещё более чем достаточно. Да, придётся немного поискать, но не думаю, что это займёт много времени. — Она вновь улыбнулась. — Ведь ты уже знаешь, что ищешь.

Здравствуй, Испания. Привет, Барселона

Испания… Что связывает меня с тобой? Почему каждый раз, когда я ступаю на твою землю, я чувствую себя как дома? Почему расслабляется вечная судорога в груди, замирают на время терзающие душу волнения, проходит беспокойство, стихают метания? Откуда берётся уверенность в том, что здесь никто и никогда не причинит мне вреда, ощущение безопасности и покоя? Ты отогреваешь меня, когда я замерзаю в чужих ветрах, даёшь мне силы, когда я не в состоянии больше идти, наполняешь меня творчеством тогда, когда я даже не понимаю того, что живу. Ты напоминаешь мне про крылья за спиной и учишь летать в моменты, когда я кажусь себе земляным червем. Ты прекрасный учитель, хотя тебе и не слишком повезло с учеником. Помнишь, тогда я создал её глаза, улыбку? Озорной звонкий смех? Я так обрадовался своим успехам, что решил, будто этого достаточно. А ты потом утешала меня в своих объятиях, словно больно оцарапавшегося ребёнка. Я благодарен тебе, твоей искренности и открытости, теплу и материнской любви, твоей ни с чем не сравнимой, божественной красоте.

Барселона

Читать далее

Вместе

Звёздное небо над головой, редкие облака подсвечены лунным светом. Теплый летний ветер, полный ароматов луговых цветов и трав, ласкает лицо и руки. Лежишь, ни о чём не думаешь; все мысли давно ушли. Остались там, в дневной суете. Вокруг только звёзды и облака, луна и ветер. Тихо, спокойно, никого. Покой наполняет тебя, в груди появляется ощущение детской радости, благодарности миру за его красоту. Чуть улыбаешься, едва заметно, самыми краешками губ. Словно лежишь в объятиях огромного доброго существа, готового дать тебе защиту и покровительство. Рядом кто-то аккуратно приминает траву, мягко и уверенно ступая поджарыми сильными лапами. Становится рядом, словно не замечая. Поворачивает морду, недолго смотрит тебе в глаза, свесив язык. Дышит в лицо тёплым влажным воздухом. Затем тяжело ложится рядом, кладёт морду на лапы и смотрит куда-то вдаль. Здравствуй. Мы снова вместе.

Экспресс

Собираешься с духом, задерживаешь дыхание и делаешь шаг вперёд. Чувствуешь, как начинает трещать по швам твоё тело, натягиваться и обрываться струны. Нестерпимым жаром застилает глаза, закипает кровь, скручивает кости. Исчезает всё, что ты считал своим, к чему ты привык. Медленно, нить за нитью, мучительно рвутся нервы. Заставляя остатки существа биться и извиваться в агонии. Вся плоть, все мысли, все привязанности отделяются, распадаются на составляющие. Каждая мысль, каждый образ плющится под огромным давлением и лопается, словно грецкий орех в тисках. Напряжение, хруст и распад тканей. Вспышки боли, перерастающие в непрерывные пульсации света. Ты сам выбрал это, нажав кнопку «вверх». Ты хотел этого. Принимай, наслаждайся. Ещё немного, осталось совсем чуть-чуть до сигнала, означающего прибытие на следующий уровень. Успей впитать всё, что тебе дано. Это редкое время, особый дар мира, по которому ты вскоре будешь грустить. Светлой грустью стекла вспоминать переплавку.

Единение

Каждый раз, когда он оказывался в пустыне, в его памяти возникал один и тот же образ. Воспоминание о возникшем на пороге смерти видении. Когда вдруг отступил убийственный жар нестерпимо палящего солнца. Когда раскалённый песок перестал терзать лицо и руки. Когда ветер перестал наконец оглушающе хлопать полами бурнуса. На какой-то миг время замерло. Вокруг установилась первозданная тишина. И в ней раздался едва различимый шёпот, произнёсший слово на незнакомом языке. Тогда исчезло всё вокруг, оставив лишь всепоглощающую тьму. Незримое, ощутимое напряжение. Пространство дрожало и вибрировало, словно тысячи натянутых до предела невидимых струн. Иногда рождая шёпот, волной проносящийся сквозь всё в округе. Призывный, требующий, властный. С каждой волной словно луч света проходил сквозь всё его естество. Раз за разом кусками отдирая лишнее. Вспышка, боль. Ещё одна. Ещё и ещё. Снова. С каждым разом забирая что-то, будто очищая его от наносного, лишнего. Отдирая куски страха. Горечи. Уныния. Боли. Тоски. Тревоги. С каждой волной свет встречал в нём всё меньше препятствий. Заполняя собою всё его существо. Возрождая чувство естественной радости жизни. Наполняя душу спокойствием и знанием. Вдруг всё словно застыло. Напряжение исчезло. Мир разом преобразился в небывалую картину. Над бескрайним морем поднималось и садилось солнце. Непостижимым образом делая это одновременно. Окрашивая всё вокруг в цвета рассвета и заката. Сквозь пространство и время они встречали друг друга. Тянулись друг к другу лучами и встречали лучи в ответ. Они были рядом. Части единого целого. Преображая мир вокруг. Такие разные и похожие одновременно. Весь мир вокруг купался в этой любви. Море и ветер, леса и горы. Люди и животные. Рыбы и птицы. Облака и снега. Льды и пески. Сквозь века и километры. Никогда и всегда одновременно. Здесь и нигде. Только так и может закат встретиться с рассветом.

Казалось, это может длиться вечность. Чувство всецело захватило его. Пленяя и освобождая, открывая тайники души. Выпуская на свободу прекрасного узника… Из забытья его вернули женские руки, приподнявшие его голову. А вовсе не те капли воды, которые даже не сразу привлекли его внимание. Ещё не открывая глаз он увидел её. Прекрасную, сильную, гордую. Вдруг какой-то звук на секунду отвлёк его внимание. Голос, он шепнул что-то. Вдруг навалилась ужасная усталость. Боли по всему телу. Ощущение мучительной жажды. Содрогнувшись, он стал жадно хватать ртом капли стекающей из фляги воды. Кажется, только что он видел что-то прекрасное и необычайно важное. Что-то, что стоило запомнить и не забывать никогда. Но что?… Остались только женские руки, поддерживающие его голову и аккуратно вливающие в его рот капли влаги из грубой походной фляги. И глубокие красивые бесстрастные глаза на склонившемся над ним изящном лице.

Жажда

Бывает так, что хочется что-то сделать. Не совсем понятно что, непонятно зачем. Беспокойство, зуд, неясное стремление. Словно внутренний голос пытается что-то сказать, но ты ещё не научился его слушать. Так, в какой-то момент мне нестерпимо захотелось красоты. Не зная, что стоит за этим словом, я собирал всё, что казалось мне красивым. Поскольку я был компьютерщиком, я скачивал программы с красивым интерфейсом, ставил игры с хорошей прорисовкой других миров. В конце концов я вышел на Толкиена и на несколько дней подряд погрузился в чудесный и невероятно живой мир «Властелина колец». Я читал с экрана, потому что не смог читать бумажный перевод Муравьёва. Назвать «Обгоняющего ветер» (или ночь?) Святозаром показалось мне святотатством. Не говоря уже о Сумкинсах и прочих переведённых фамилиях. Только четыре объёмные книги смогли насытить эту жажду на какое-то время. И я смог стать обычным студентом технического вуза со средней успеваемостью.

Когда жизнь — это личное

Солнце не всегда садится в море огромным огненным шаром. Иногда оно словно уходит далеко-далеко, превращаясь в исчезающую маленькую точку. Окрашивая море и облака в нежные розовато-пастельные оттенки. Плавно, не замедлив немного ход времени, и не заметишь. Осторожно приближается к водной глади. Аккуратно, не торопясь, окрашивая всё большую и большую часть горизонта. Море отвечает лёгким волнением, трепетом бриза пробегаясь по волосам случайного путника. Оно готово принять в себя уставшее за день солнце, ждёт его со свойственной ему терпеливостью. Улыбаясь серебристыми всполохами в морщинках лёгкой ряби, поднимаемой небольшим ветром. Солнце отражается в этой улыбке, скользит по лицу моря, окатывая его прощальным теплом. Что-то шепчет, растворяясь, становясь прозрачнее, словно рассказывает историю на ночь. Чтобы позже было о чём вспомнить, посматривая сквозь дрёму на звёзды. И вот солнце исчезает совсем. Оставляя от себя лишь сумеречный фиолетовый шлейф. Море вздыхает, поднимается ветер. Из-за близлежащей косы появляются облака. Их рвёт на части усилившимся бризом, разносит по небу, тащит в сторону земли. Некоторые клочки исчезают, не успев долететь до суши. Другие с огромной скоростью проносятся над головой, на лету формируя причудливые фигуры, в которых можно разглядеть отдельные слова из истории, рассказанной только что солнцем. Отголоски вечной любви и нежности двух неразлучных спутников. Деревья в прибрежном лесу вторят этой истории, пересказывают её друг другу. Шумят, смакуя детали. И весь мир словно является одной большой иллюстрацией к ней. Красочной, сочной, многообразной; настолько явной и очевидной, что только глупец сможет не разгадать её смысла.

Читать далее

Небывалые истории

Добрый вечер, в эфире «Вечерние новости» и рубрика «Небывалые истории». Мы берём интервью у одного из самых удивительных людей нашего города. Человека, популярного у местных жителей из-за своих (довольно любопытных) особенностей.
— Здравствуйте. Нам стало известно о вашем чрезвычайно необычайном прозвище. Не могли бы вы рассказать нашим радиослушателям немного о его происхождении? Почему именно «человек со светом из дырки в голове»?
— Понимаете… В детстве мне на голову упал тяжёлый светящийся предмет…

Танец страсти

Закрываешь глаза и чувствуешь движение. Внутри, снаружи, вокруг тебя. Мыслей давно уже нет. Есть только тело, ощущения и чувства. Одно неотделимо от другого. Ощущение мощи, животной тяги к движению. Силы, растекающейся по мышцам. Гибкости, пластичности, утончённости. Скорости, точности, лёгкости. В жилах течёт огонь, сердце наполнено радостью. Мощной, естественной радостью живого существа. И тело, движущееся в такт этим чувствам. Мгновенно транслирующее любое душевное колебание в движение. И не важно, как это выглядит со стороны. Это — выражение сути. Это НЕ МОЖЕТ быть некрасиво. Это — вызов. И рядом окажется тот, кто сможет принять этот вызов. Всё просто. Так было испокон веков, и так будет всегда. Открываешь глаза — и мир вокруг взрывается миллионом вспышек, лучей и бликов. Стробоскопы, лазеры, экраны, визуалы. И музыка. Госпожа этой ночи. Яркая, темпераментная, разная. Напористая, страстная и чертовски красивая. Она не прочь поиграть с тобой и не устанет делать это всю ночь. Она изобретательна, расчётлива и энергична. Нежна, ласкова, но в то же время сильна и свободна. И ты играешь, отвечаешь на вызов. То схлестнувшись с яростным ритмом, противостоя ему, заводясь всё больше и больше. То расслабляясь, позволяя музыке качать тебя, повинуясь её могучему течению. Не останавливаясь, играя с ней, дразня, заигрывая. Замедляясь и ускоряясь, наращивая темп и сбавляя его. Сильнее, напористей — слабее, тоньше. Грубее, бесцеремоннее — изящнее, легче. Движется каждая клеточка твоего тела, каждый уровень. Выжимая из тела всё, на что оно способно. Всю скорость, пластичность; грацию и мощь. Сама душа танцует вместе с тобой, превращая тебя в поток энергии, пульсирующий, мерцающий, вспыхивающий и тускнеющий. Вибрируя в постоянной готовности подхватить малейшее изменение ритма, услышать тончайший отзвук, намёк, просьбу. Чтобы сразу же ответить на него или же заставить томиться ожиданием, распалять, воспламенять. Пот сочится по телу ручьями. Устают мышцы. Но ты не сдаёшься. Потому что знаешь, на что способен. Потому что радость заполняет душу и тело. Потому что ты счастлив. Един с собой. В гармонии с миром. В простейшем и естественнейшем из всех состояний. Ты жив!

Вечерняя история

Cидел как-то добрый волшебник возле окна и смотрел на осень. Светило солнце, листья неторопливо опускались на землю, вспыхивая на лету оранжевыми и красными пятнами. Изредка зависая, будто паря над землёй. Волшебник смотрел на это и улыбался. Потом выходил из дому, немного пройтись по соседней роще, подышать свежим прохладным воздухом. Возвращался же всегда с охапкой листьев, чуть влажных от растаявшего инея. Вернувшись, старательно распрямлял их, развешивал по верёвочкам. И дома начинали играть цветные зайчики. Оставляя отблески света в разных углах и по всем стенам. Слепя глазки паучкам и радуя выглядывающих из норок мышек. А когда за окном становилось пасмурно и сыро, волшебник брал эти листья, складывал стопкой. Они уже были хорошенько подсушены и от того становились хрупкими, ломкими. И перетирал их в особый порошок, который едва заметно искрился на свету. Делал это долго, старательно. Его иссушенные временем пальцы аккуратно сминали листья, толкли из в ступке, разминали комочки. Крошили листья, растирали их, и они испускали едва заметный пряный аромат. Впитанного за лето солнца, пролетавшего мимо ветра. Упавших с неба капель дождя. Следы отдыхавших на них бабочек и божьих коровок. Волшебник чуть улыбался в седую бороду, напевая себе что-то под нос. Видно было, что проделывать эту работу ему нравится. Затем он брал готовый порошок, аккуратно собирал его и пересыпал в табакерку. Брался за следующий лист. Так, пока не набирал полную коробочку тончайшей мерцающей пыльцы.

А за окном тем временем уже шумел ветер. Накрапывал дождь, вздрагивала крыша. Покачивалась немного лампа, и свет от неё плясал по стенам. Тогда волшебник разводил огонь в камине. Дома становилось теплее, уютнее. Он брал с собой табакерку, доставал из шкафа длиннющую трубку. Устраивался поудобнее перед камином в поскрипывающем кресле-качалке. Улыбаясь себе в усы, брал в руки трубку. Что-то напевая, засыпал полученный порошок. Заталкивал его натруженными пальцами, уплотнял, не прекращая бормотать что-то под нос. Поджигал её и подносил мундштук ко рту. Старательно пыхтел, разжигая порошок. Выпуская изо рта небольшие клубы дыма. Дым был немного странный, с едва заметными цветными прожилками. Глаза у волшебника улыбались и загорались хитроватымм искорками. Он делал небольшую паузу. Выдыхал. Затем набирал полные лёгкие дыма. Склонялся к камину. Выдыхал в каминную трубу. Тогда цветные клубы как по команде устремлялись в отверстие трубы. Лишь огонь вспыхивал немного ярче, да иногда появлялись в нём зелёные и розовые лепестки пламени. Потом он снова набирал полные лёгкие дыма и выпускал его в трубу. Бывало, дым цеплялся за бороду, и от этого она становилась разноцветной. Иногда же клочки цеплялись за брови, и те начинали отливать всеми цветами радуги. Так затягивался он и выдыхал, снова и снова. А из трубы его дома медленно поднимались слои разноцветного тумана. Мало-помалу, неспеша, по чуть-чуть растекаясь по округе, накрывая соседнюю деревню. И все, кому было грустно или скучно. Страшно или одиноко. Холодно или голодно. Все чувствовали себя лучше. Вдруг ощущали аромат лета, пение птиц. Биение жизни за окнами. И засыпали крепким-крепким, спокойным сном. Чтобы назавтра проснуться свежими и полными сил. Отдохнувшими и радостными. Весёлыми и довольными. И чуточку более счастливыми.

Секрет

Учёные ошиблись. Мир вокруг состоит не из элементарных частиц. Не из электронов, протонов и атомов. Кварков, глюонов и иже с ними. Мир вокруг состоит из ощущений, чувств, образов и запахов. Из эмоций, переживаний, страстей. Из радости и печали, горечи и счастья. Из прикосновений и взглядов, разговоров и молчания. Из нежности, трогательности, чувственности. Из любви. Расстворённой в мире вокруг нас. В облаках, в рассветах и закатах, в бликах на воде. В морской синеве, покачивании волн, в объятиях ветра. В движении птиц, людей и животных. В горных высотах, в гибкости деревьев, в постоянности скал. В разноцветьи листвы, небес, солнца, воды и земли. В другом, самом дорогом из людей. В его счастьи, улыбке и радости. В его тревогах, заботах и мечтах. В тепле, которое ощущаешь сквозь расстояния. В сердце, которое бьётся в унисон и светится благодарностью и признательностью. За то, что ты — есть.

С Любовью,
Адронный Коллайдер

Когда зажигаются звёзды

Так трогательно, нежно и трепетно. Открывается человеческое сердце. Захватывает дыхание… Боишься шелохнуться, спугнуть его неосторожным движением. Замираешь в немом восторге. Такое ранимое, чувствительное, доброе. Как такое возможно? Распускается самый красивый в твоей жизни цветок. Доверяя тебе самое дорогое, сокровенное. Блистая скрытой от всех красотой. И хочется согреть, защитить, успокоить. Осторожно заключить в объятия и чувствовать свет его всем существом. Понемногу ощущая, как начинаешь светиться в ответ.

Nothing lasts, but nothing is lost

Тепло прикасавшихся ласковых рук. Спокойное дыхание пламени свечей. Смысл пойманных взглядов. Терпкий привкус не сказанных фраз. Всё это не исчезает никогда. Остаётся с нами, согревает в любую непогоду. Плед, тапочки, кресло и кружка грога. Столик в уютном кафе души. Паутинки любви в пустоте глубины. Мерцают, смеются, дарят тепло. Даже если сейчас ты — один. Даже если с тобою рядом — не та. Когда за окнами осыпается дождь, в чьём-то сердце обязательно рождается блюз.

Альбом

В детстве (юношестве) у меня был секретный альбом. Показывать его никому было нельзя, потому что нарисованное в нём носило ярко порнографический характер. По тем временам это было сильно не принято. А началось всё с просьбы одноклассника нарисовать ему в подарок голую женщину. С первой попытки вышло не очень. До этого я рисовал в основном карикатуры, роботов и крутых парней в кимоно. Начал тренироваться, довольно быстро вошёл во вкус. Надо сказать, рисовать было очень неудобно. Всё-таки двухкомнатная квартира с четырьмя жильцами. Да и вполне очевидное волнение тоже несколько, ммм, ослабляло концентрацию на технике исполнения. Увлекая фантазию автора в интересный и удивительный мир далеко не безобидных приключений. Потом альбом нашли родители. До этой поры мне как-то не приходило в голову его прятать. Показывать его я, конечно же, не показывал, но и не афишировал. Был скандал. Мне было ужасно стыдно. О масштабе переживаний можно судить по выбранному способу уничтожения альбома. Для начала я склеил все его страницы, а потом сжёг. Конечно же, пропитанный клеем, горел он до безобразия плохо. Так что в дополнение к стыду я почувствовал ещё и глумливое хихикание разума, который временно отошёл от дел и наблюдал за происходящим из мозжечка.

Прошло время, эпизод забылся. В какой-то передаче мимоходом увидел ссылку на работы современного художника. Его картины напомнили о давнем увлечении, и я взялся за дело. Получалось у меня уже лучше, я освоил светотени, пропорции, линии стали уверенней. По-прежнему было сложно концентрироваться, доводить работу до конца. Сохранять спокойствие при нанесении штриховки на обнажённых участках тела. Добавляя контраста контурам сильными линиями. Надо сказать, выработавшаяся таким образом выдержка значительно помогала… в дальнейшем. Например — в танцах. Реагировать не на каждый удар бита, расчётливо пропускать лишние пульсации или же наоборот, дробить движение, ускоряя немного темп. Впрочем, были и другие занятия, в которых навык этот оказался необычайно востребован и очень любим.

Ваш,
Microsoft Paint

P.S. А я пошёл на мальчишник

Случай

Однажды в Минске я лечил зубы. Стоматолог со смешной фамилией на «Ш» осмотрела меня и заключила, что делать абсолютно ничего не нужно. «Может, хоть камень почистим?» — робко спросил  я. «Нет, — говорит, — не могу найти — уж я искала, поверьте. С гигиеной у вас всё в полном порядке. Но если вы ОЧЕНЬ хотите потратить деньги…» Тут мне в голову пришла одна мысль. Дело в том, что я действительно хотел потратить немного денег. Но вспомнил, что ни разу не был в платном диагностическом центре. Поэтому отрицательно замотал головой. «Ну, что же делать. Время у нас ещё осталось… Давайте я вам расскажу, как правильно чистить зубы?» Я согласился. Времени действительно был вагон. «Значит, так. Для начала обрабатываем зубы щёткой». «А как же нить?» — несмело вмешался  я. «Ах, да. Сначала обрабатываем зубы нитью. Затем — щёткой. Затем обязательно обрабатываем язык специальным скребком. И в завершение — споласкиваем полость рта дезинфицирующим раствором». Она показала мне проспектик с названиями разнообразных средств. «И запомните, что только тогда, когда вы сделали все эти операции, вы можете сказать, что почистили зубы». Мне стало немного грустно, потому что в жизни своей, выходит, зубов я никогда не чистил. А потом, вспомнив заключение о состоянии дел, неожиданно понял. «Ведь у меня же ПРИРОДНАЯ САНАЦИЯ!». И весь просиял.